flying_elk (flying_elk) wrote,
flying_elk
flying_elk

Белые крылья. Часть 8.


Лёша рассчитал заход довольно точно, пришлось так рассчитывать. В начале покоса виднелись какие-то рытвины, потом дорога поперёк, за ней темная высокая трава, и только потом полоска метров триста до деревьев выкошена. И ещё в нескольких местах то тут то там жёлтые стожки сена, между ними как раз крыло с небольшим запасом проходит.
Затянул полностью плечевые ремни, расслабленные до этого в полёте, посадка на площадку может быть всякой. Поменяв руки на ручке, расстопорил рычаг выпуска шасси, двинул его назад. Скрежетнув, открылись створки, стукнув об упор, вышло, зафиксировалось, загудело в потоке воздуха колесо. Теперь Леша опять взял ручку управления правой рукой, левая привычно легла на рычаг «интерцепторов», воздушных тормозов - к посадке готов.
Занятый всеми этими действиями он отвлёкся внутрь кабины, а когда поднял глаза на площадку, то обомлел - мимо стожков, как раз на то место, где он рассчитывал приземляться, из леса катил трактор. Пока он был ещё в стороне, но Лешино место через минуту и трактор - они как раз пересекались на касании...
«Твою мать! Надо вытянуть десяток секунд... Змейку делаю...» Ручку влево и ножкой поправить, так что бы нитка-указатель скольжения была идеально ровной. «Скорость маленькая, девяносто пять, меньше уже нельзя... Сколько у меня метров над деревьями? Пятьдесят... меньше... ветки уже отдельные видны... Да что там ветки, вот уже и листочки...» Лёша очень плавно, следя за ниткой и указателем скорости, переложил планер в разворот в другую сторону. «Лес... лес... там вон где-то Пашин планер вверху... Вот край поляны... а вот и место посадки.... Проклятый трактор как раз его проезжает... все, мешать не будет!!!»
В момент когда появился трактор, Паша сам себе удивляясь сильно выматерился. Сам он уже крутил спираль в таки плюсовом нолике, но этот виток он скрутил лишь бы как, скорее довернулся. Планер возмущённо зашипел, подскальзывая, Паша не думая сунул ручку от себя, сам вытягивая шею, лишь бы видеть Лешу. Вон он трактор, за центром площадки, вот он Лёша над деревьями... выходит... все, пошёл по прямой.
Рука на ручке и интерцепторах. Ветки крайних деревьев пронеслись под ним, едва не коснувшись. «У-ф-ф!!!» Ручку сразу от себя, скорость была уже совсем малая. Соскользнул с крайних двух десятков метров высоты, чуть разгоняясь. «Тут ещё рано...» Колесо пронеслось в нескольких метрах над буграми. «Ба-ам» - первый высокий стебель травы ударил по створке шасси. Но к счастью вот уже рядом, за травой, светлая полоса дороги. «Стог сбоку стал выше меня...» Чертова сенокосилка разворачивается, что бы опять пересечь курс, но я теперь уже успеваю проскочить. «Бух» - колесо ударилось о высокий бруствер дороги, но запас скорости был, планер отпрыгнул, полетел дальше. «Бам - бом - бом...» - град ударов шасси о траву превращается в обвал, но в высокую растительность лучше не садиться и вроде ещё получается протянуть. И вдруг тишина - под ним начался выкошенный участок! Лёша потянул рычаг интерцепторов на выпуск, планер тут же просел, движением ручки он успел «подхватить» его, дал мягко коснуться, и тут же осадил, вытянув интерцепторы полностью, не давая больше подпрыгивать...
В кабине начался треск и грохот, все покатилось и посыпалось на пробеге по неровностям. «У э-этих «Я-я-янтарей» много д-достоинств, но нет ам-мортизатора... всю душу вытряс...»
Планер остановился, потом потеряв равновесие, глухо стукнув, завалился на крыло.
Лёша наконец глубоко вздохнул, успокаиваясь, расстегнул ремни, открыл фонарь. Посмотрел вверх - чуть справа и на несколько сотен метров выше, казалось беззвучно и спокойно, кружил над лесом Пашин планер. «Что такое не везёт, и как с ним бороться...»

Сбоку тракторный мотор рыкнул и затих, лязгнула дверь. Лёша оглянулся, тракторист спрыгнул с подножки, пошёл к нему. Пока не дошёл, Лёша взял микрофон, прижал кнопку:
- «Сто тринадцать», я «сто шестнадцать», сел нормально... Когда поднимешься повыше, доложи там...
Паша услышал Лешин голос, расстроенный.
- Принял... Подожди, я сейчас сам к тебе сяду...
- Так, «сто тринадцать», давай работай! Хоть ты долети! Я что, зря сюда сбарабанился...
В голосе Друга появился твёрдый тон: «Вот только не надо меня жалеть...» Дружба - это когда вместе и в хорошем и в плохом...
Тракторист подошёл, остановился, сначала молча уставился на планер. Белый, блестящий, обтекаемые формы, прилетел беззвучно непонятно откуда - чудо! Лёша расстегнул замки лямок парашюта, отжавшись на руках медленно встал из кабины, кивнул головой.
«Надо будет договориться, что бы он выкосил полосу в той высокой траве до дороги, тогда тут можно будет взлететь с самолетом. Вот и уйдёт припасенная в багажнике бутылка водки...»
Тракторист наконец освоился:
- Добрий день! З Києва прилетіли???
И традиционный вопрос, в который укладывались все познания местного населения о планеризме:
- Що, вітер скінчився?

Триста метров на высотомере... Четыреста... Пятьсот. Термик и тут, на правом крае площадки, был слабый - полметра-метр, но поднимал, и хоть на том спасибо. Паша, стоя в спирали, все думал, что ему делать: «Не хорошо вышло! Надо наверное садиться к Леше... Ну его эти все соревнования! Подумаешь, не прошли упражнение, так мы не одни такие будем. Зато вместе...» Но планер высоту набирал, и просто так выйти из с таким трудом найденного потока, было обидно.
Паша выглянул вниз, на площадку. Ставший с высоты маленьким белым крестиком планер, медленно двигался по площадке - Лешка перекатывал его, что бы потом можно было взлететь. «Кстати надо хоть подняться повыше и доложить, а то где нас потом будут искать...»
На восьмистах метрах поток опять превратился в ноль.
- «Акжар», «сто тринадцатому»... «Акжар», «сто тринадцатому» ответь!
В ответ только помехи затрещали в динамике. Попробовал ещё раз:
- «Сто тринадцатого» кто слышит?! - тишина в ответ. Далеко они улетели и оказались в стороне от всех.
«Надо ещё повыше набрать. И к дому поближе... Ладно, это хоть ещё одна причина куда-то долететь...»
Паша открыл карту, посмотрел на ориентиры вокруг. Во-первых нужно было четко понять, где они таки оказались и где сел Лёша. «Так, вот Новоград-Волынский, мы его пролетели. Вот село, речка от него на юг, там лесок... Село Ярунь, южнее два километра... Если мне отсюда разворачиваться к дому, то это на восток. Но местность тут не очень, сплошные голые поля. А вот южнее, там да, лесов больше, вон их уже и визуально видно. Надо сначала южнее уйти, а там уже в сторону дома поворачивать...И вот же елки-палки, обидно, всего-ничего до Городнявки оставалось, километров тридцать... Ладно, работай, так работай. Пойду я, Лёш...»

Первый переход сам Паша выполнил четко на юг, уже как бы отклоняясь от маршрута в сторону дома. Оставшись один, он расстался не только с другом. С хорошим напарником летать все таки было гораздо легче. «Можно даже по связи не говорить, но если в одну сторону летим и на одной скорости, то значит нормально... Да и просто живая душа рядом...».
Но следующий поток нашёлся даже как то неожиданно легко. Все таже речушка, что им раньше не помогла, но тут вдруг природа сменила гнев на милость и Паша влетел опять в метровый набор. Закружился в спирали, набрал тысячу метров.
Дальше план более менее сформировался - от Новограда на юг тянуться шоссейная и железная дороги, между ними долина речки Смолка и села. При такой погоде стоит там попробовать пройти... Лешиного планера уже не было видно, только лес зеленел рваным многоугольником посреди полей...

И так снова переход за переходом, от термика к термику. В одиночку Паша летел ещё осторожнее, останавливаясь везде, где только можно было поднабрать даже не много. Больше времени и сил уходило ещё и на поиск центров потоков, все таки вдвоём это получалось гораздо проще - одного подняло, оба туда пришли и набрали. Уже не хотелось не есть ни пить, только вращение неба и солнца, ориентиры на земле, качающиеся стрелки вариометров.

На очередном переходе левее показались красивого бирюзового цвета озера в светлых берегах - каменные карьеры. Паша подвернул к ним проверить. Ух ты, планер потянуло вверх хорошим двухметровым потоком, тысяча метров, тысяча двести, а набор все не кончается. Паша даже выглянул вниз - с чего бы такой поток? Но сам себе и ответил: «Карьеры - большие выходы открытой твёрдой земли, она хорошо нагревается, а с неровностей воздуху легче оторваться вверх. В озёрах вода, она создаёт необходимый контраст и добавляет влажности...» Но вообщем набор тут был приятный, высотомер наконец то добрался до тысячи пятисот метров.
«Ну что, можно и к дому поворачивать... Надо только с местом и направлением определиться...» Паша опять открыл карту, опять сверился с ориентирами. За карьером было село, за ним начинался лес, за лесом виднелась большое шоссе, а потом невдалеке за полем железная дорога и большое село. «Это я где?... Дороги рядом, село... А вот оно, Дибровка.»
Пашин взгляд скользнул по карте немного вниз и ... «Черт, тут же уже до Городнявки всего ничего, сантиметр на карте - десять километров...» Он выглянул из кабины вдоль дорог, на юго-запад, сверился ещё раз с картой, потом достал листочек со схемой поворотного. «Все правильно, вот же она, Городнявка!!! Вот вдоль линии заборчик - это железная дорога и дорога обычная. Вот от станции ещё одна дорожка... И вот перекрёсток шоссе от Новограда и этой дорожки то им и надо заснять! Пролететь так долго, быть так близко и не сделать этого... Да ну, схожу, сниму, хоть память будет! Снимаю из сектора, ориентир - центр села...»
Над поворотным Паша немного задержался. Он зашёл, накренил планер, нажал на спуск, вроде бы попал крылом в ориентир. Но на выводе планер как то нехорошо провернулся и оказался почти поперёк линии съемки. Сначала разворачиваясь подумал «Да ладно, это ж уже ни к чему...». Но потом, сам себе удивляясь, развернулся и заснял перекрёсток повторно.
От Городнявки в тот же поток над карьерами, набрал там тысячу шестьсот метров. Под конец тут набор был уже слабый, но Паша летал в нем рассматривая пейзаж вокруг и запоминая, особенно вид на юг, на поворотный. «Надо ж было так далеко забраться ради снимка этих дорожек...»
Наконец вывел планер из спирали, развернулся носом на восток, выверил курс по карте и по компасу. «Все верно, домой иду! Туда правда ещё почти две сотни километров, но буду стараться. Вперёд!»

До Марьяновки, что в лесах, западнее Житомира, полёт получился довольно спокойный. Лес с многочисленными речками и озёрами, все это хорошо прогрелось и неплохо поддерживало. Паша по прежнему очень аккуратно переходил от термика к термику, выбирал самые характерные для потоков места, и они там находились. «Пристрелялся и вроде так ничего получается...»
На часах четыре. «Уже шестой час полёта пошёл, а мы все ещё так далеко от дома...»
Паша по привычке подумал «мы», но сразу одернул себя, что он все таки один. И во многом он обязан этим Леше, а о его посадке он так и не доложил. Он сейчас как раз был на тысяче метров, взялся опять за микрофон:
- «Акжар», «сто тринадцатому» ответьте.
Динамик в ответ опять только зашипел помехами. Паша посмотрел в сторону своего аэродрома - что же там мешает связи? Впереди, в нескольких десятках километров почти сплошным строем стояли мощные кучевые облака - грозы. Фронт, который утром с таким трудом они преодолели, опять перекрыл ему дорогу.

Левее в лесу виднелось озеро, Паша подвернул к нему. Словно все так и должно было быть, над озером нашёлся неплохой двухметровый поток. С каждым спирали планер опять становился выше. Но и на каждом витке грозы впереди становились виднее и массивней.
«Так, что дальше???»
Можно было перевернуть листок карты, можно вообще раскрыть складки карты до самой Бузовой, что бы растянуть время принятия решения. Но сколько на карту не смотри, но взглядом домой не долетишь. А грозы впереди стояли стеной, опираясь на частые дожди, поднимаясь вверх на много километров, и накрывшись кисейными шапочками - растекались под очередным слоем инверсии.
«Застрял я с этой Марьяновкой, ох и застрял. Но должны же где то быть люди опытнее, кто знает, что теперь делать???»
- «Акжар», «сто тринадцатому»! «Акжар», ответь «сто тринадцатому»... - в ответ была тишина и тут Паша не выдержал, почти выкрикнул в микрофон: - Кто слышит «сто тринадцатого», ответьте!!!
Ответили сразу несколько пилотов, но они были далеко, и слышно было плохо. Зато вдруг ясно и громко отозвалась Лагутина:
- «Сто тринадцать», это «сто первая», отвечаю.
«Вот чего не ожидал, так это Елены Владимировны... И чего теперь говорить? Кричать спасите? Так она тоже летит, и на таком же планере... И вроде у меня пока нормально все... Хотел услышать, вот и услышал...»
- «Сто тринадцать», у вас все в порядке?!
- Да-да, «сто один», если у вас есть связь с «Акжаром»... - Паша отвечал уже более спокойным голосом, и сам обрадовался, что получилось выкрутиться, - Если вам не сложно, то передайте пожалуйста «Акжару», что «сто тринадцать» летит, а «сто шестнадцать» сел на площадку, два километра западнее Ярунь, это на юго-запад от Новоград-Волынского...
- Хорошо, сейчас передам... - Елена Владимировна заговорила с далеким аэродромом, её то голос было слышно, но вместо ответов Паша опять слышал треск.
- «Сто тринадцать», Акжар записал информацию о «сто шестнадцатом». А вам желают удачи и просят быть повнимательнее... Тут за Червоноармейским гроза, её надо севернее обойти...
«Вот, вот, про грозу я бы и хотел подробнее узнать...» - Паша посмотрел на карту, Червоноармейск был километров тридцать на северо-восток. «Если Лагутина в той стороне, то и я туда пойду...»
Паша развернулся левее, пошёл на очередной переход. Заодно слушал связь, после их разговора с Лагутиной, эфир заметно ожил. Видимо всем сейчас было не легко, и начались переговоры и уточнения:
- «Шесть семь», ты как там?
- Да лечу потихоньку... погода тут ни фига...
- «Сорок девять», ответь «девять пять».
- «Девяносто пятый», дальше идём, дальше...
- «Девять девять», ты снял уже?
- Да, есть. Идём на восток...
- Там гроза где-то.
- Все равно домой туда...
Subscribe

  • Полеты на сложные аэродромы - пользуйся шасси не только для посадки!

    Парни и девушки, вітаю! Нет, я не пропал, просто сложилось начать новую и интересную учебу, и времени стало заметно меньше. Да и рабочий график…

  • Командирское...

    Тренинг пост на сложную профессиональную тему «ввод в командиры». Посвящаю его всем нам, авиаторам, кто сейчас летает, мало летает, или не повезло…

  • Полеты в шторм. Прорвёмся!

    Традиционный вопрос пилоту: - А какие самые сложные ситуации у вас бывали в полетах? - Всякое бывает... Самолёт бывало ломался. Ещё погоды плохие…

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 3 comments