flying_elk (flying_elk) wrote,
flying_elk
flying_elk

Categories:

Белые крылья. Часть 6.


- Внимание планеристам стандартного класса, стартовая линия открыта!
Паша оглянулся в сторону аэродрома, присмотрелся. Над аэродромом почти сразу появились первые «Янтари», особо не терпеливые ждали времени где-то рядом с аэродром. Сейчас они подходили, разворачиваясь, заваливались в крен, на момент фотографирования замирали в неестественном положении, потом резко выравниваясь и наклоняясь для разгона, уходили на маршрут. Из под соседних облаков другие планера спешили туда же. Полчаса назад, когда стартовали первые из «открытого класса», то погода была ещё не очень устойчивой. Но сейчас в погоде явно наметился хороший подъем, облака сформировались, нижняя кромка поднималась, этим многие стремились воспользоваться. По такой погоде старт получался очень групповой, уходила обычно вся толпа, дальше уже от неё начинали вырываться вперёд лидеры и отставать задние. За лидерами конечно все рвались и старались «висеть у них на хвосте», но это было не просто, многое зависло от банального умения хорошо пилотировать и видеть мелкие нюансы в обстановке. Пилоты послабее в итоге терялись где-то позади, и либо все равно прилетали намного позже, либо в отчаянных попытках догнать впереди летящих, спускались все ниже и в конце концов садились на площадки.
У Паши с Лешей уже выработалась своя тактика. Они по общему рангу не были ни первыми, ни последними. А так как летали дружно, вдвоём, то парой ни за кем не гонялись, правда и других за собой не водили. При таких условиях, как сегодня, они немного пережидали, пока основная масса уйдёт и над аэродромом прекратиться нервная толчея, потом стартовали сами. Они конечно получались немного сзади всех, но при стартах с фотографированием часов это было не важно, а потом по маршруту глядя на многих впереди идущих получалось летать даже быстрее.

В эфире вскоре начались разговоры:
- Куда идём?
- Вон над Песковкой облако...
- «Сорок шестой», не отставай, подходи сюда, над Новой Будой три метра!
- Да не трепись ты, черт!!!
«Так, вот оно! Над Новой Будой три метра... пора и нам!» - Паша оглянулся на Лешу, его планер как раз повис рядом в потоке. «Молодец, не дернулся раньше!»
- Добираем и пошли?!
- Давай...
В потоке набрали высоты под самое облако, развернулись и на наивыгоднейший скорости поплыли в сторону старта. Сейчас было важно не потратить лишнюю высоту, потом, после старта, она станет скоростью и временем на маршруте. Пару раз Паша ловил себя на излишнем разгоне, добирал ручку на себя. К тому же недалеко появилось и предупреждение - «длиннокрылый» планер явно вернулся с запада, встал в поток не далеко от аэродрома - будет набирать высоту и перестартовывать. А это значило, что там, на маршруте, было все не так легко и просто...

«Ладно, вперёд!» Вот уже и Бузовая под ними, аэродром прямо за ней. Паша наметил себе два ориентира по сторонам, линию, через которую перелетев, он будет над стартом. Заглянул в окошко фотоаппарата - на снимке в кадр должно попадать крыло. Оглянулся вокруг - Лешин планер идёт чуть впереди, больше им ни кто не мешает. По бокам - вот он квадрат бассейна и край лесополосы, которые он себе наметил на линии.
«Стартую!!!» Ручку резко в крен, чуть ногой в другую сторону придержать. Когда крыло показало на белые полотнища часов на земле, Паша нажал на кнопку спуска фотоаппарата. Мелькнуло по кабине солнце, планер зашумел, заскользив, но Паша тут же его выровнял, перевёл в разгон скорости, догоняя Лешу.
- На Песковку идём?
- Да... Через Новую Буду!
- Поехали.

Стартовали они с тысячи трёхсот метров и пошли... Для разных погод и скорость на переходах получается разная, Лёша посчитал на своём калькуляторе, Паша прикинул по табличке, приклеенной на борту. Разные методы дали разные результаты, и их характеры добавили своё - Лёша попытался разогнаться до ста пятидесяти, Паша скромно придержал сто тридцать. В итоге через минуту они собрались на сто сорока километрах в час, посчитали эту скорость подходящей. Шли рядом, на удалении в сотню метров друг от друга, если пара слетана и оба летят аккуратно, так очень хорошо видны потоки по взаимному положению планеров.
Чем ниже они снижались, тем чаше их покачивали мелкие термики от нагретой земли. В них они не останавливались, только в особо явных резко брали ручки на себя, поднабирая высоту на меньшей скорости, а потом опять от себя - разгон! Так то вспухая, то ныряя за десяток минут они пролетели первые двадцать пять километров до Андреевки. Село большой буквой «Г» на земле было им памятно ещё по первым маршрутам на «Бланиках» - сюда они добирались чуть ли не через час ожесточенных упираний в небе...
Над Андреевкой их ждал приятный привет в виде нескольких небольших аккуратных облачков, все той же характерной формы, с ровненьким низом - вот она, дорогая «кучевочка»! И ещё и искать поток не пришлось - под одним из облаков блеснул крылом планер, выбрав под кромку, он уходил дальше вперёд. Ребята подвернули под облако где он был, тут же встряли в хороший двухметровый поток.

Крен больше, ещё немного. Движения ручкой небольшие, но уверенные. Воздух шумит, обтекая планер, на плексе фонаря дрожит ниточка - указатель скольжения. Хотя чего тут на неё долго пялиться - нет скольжения, и шум воздуха тише, а чуть она пошла в сторону и планер начинает недовольно гудеть, надо подправить вращение педалькой. Работаем! Внизу вращается земля, напротив в потоке висит Лешин планер. Вот он начинает чуть уходить назад за крыло, значит Паше нужно ещё немного добавить крен. Ещё немного ручку к борту... И тут Лёша оказался прав, уменьшая радиус спирали и «центрируя» поток - вариометры уверенно показали три метра набора.
А вот в радиоэфире наступила тишина, за которой сейчас стоит напряжение всех участников. Пока условия вроде простые, все замолчали и торопятся вперёд.
«Есть кромка, пошли дальше...»
Опять подбор скорости. «Не очень это хорошо, когда тишина и впереди близко ни кого не видно...» - Паша вглядывается вперёд, там пока видны только разные силуэты облаков да их тени на земле. «Черт, неужели мы так сильно отстали???» В этот раз, когда Лёша разогнался до ста пятидесяти, Паша возражать не стал, подстроился к нему...

Над Новой Будой облако уже вывесило косматые края вниз - явный признак, что оно разваливается. Утром вобще облака живут меньше, чем потом, к вечеру, а они слышали об потоке над Новой Будой уже полчаса назад. Планера на девятистах метрах вяло качнуло, а под космами ещё и придавило вниз нисходящими потоками. «Ладно, идём дальше...»
Село Новая Буда северным краем упирается в станцию железной дороги «Спартак», от неё вперёд на сто с лишним километров у них «железная навигация» - лететь все время вдоль блестящих на солнце рельсов.
Лёша немного протянул с разворотом, уклонился вправо, что бы пройти над станцией. Там внизу пути, склады, вагоны, все это греется на солнце и может дать восходящий поток. Но нет, не сложилось - вариометры вяло качнулись в сторону нуля и опять пошли вниз. Вокруг них пока ни кого, самые красивые облака далеко по сторонам, но отклоняться в стороны - это терять время. «Ладно, пока погнали дальше...»
И идут, все так же парой крылом, к крылу. Внизу железная дорога и опушка леса - ну вроде как самое место для потоков. Но их нет. Планера конечно покачивает - атмосфера живет, она не спокойна. Но вопрос все сильне: «Потоки то где?!»

Высота семьсот метров, скорость они уменьшили не сговариваясь. Семьсот метров - это много или мало? При нижней кромке тысяча четыреста, да ещё и в начале дня, вроде не очень и мало. Впереди село Песковка, дальше за ней те самые «мостики», которые они когда-то фотографировали, и над ними есть облако. А значит пока вперёд!
Лешин планер вдруг рядом сильнее пошёл вниз. Паша глянул вверх влево - там висели опять серые космы, видимо остатки кучевого облака. «Понятно, тут полчаса назад был восходящий поток, а сейчас нисходящий... Опаздываем!»

Через пару минут, опять оказавшись на пятистах метрах, Паша совсем загрустил. Скорость сто двадцать, планера теперь лишь негромко, и тоже вроде как огорчено, гудели. Ну а неприятней всего, что опять сработала истина «природа не любит скучать», но сейчас в немного другом смысле - в погоде наступил спад, а они как раз не удачно оказались на малой высоте. Да ещё и домики и лес под ними, и все как всегда - впереди облако севернее, а единственное вроде как свободное поле в этом районе, возможная площадка, южнее, вот и выбирай, куда теперь???
Но в этот раз повезло - только начав сильно сомневаться о направлении, Паша вдруг сбоку-сзади увидел какое-то движение в небе. Оглянулся сильнее - ух ты, длиннокрылый ЛАК, не намного выше, но на хорошей скорости их обгоняя, и уклоняясь вправо, с явным направлением на облако. «Кто бы это мог быть?» Паша глянул вперёд ещё раз, мысленно смерив расстояние от облака до площадки, их запас высоты. «Ладно, если что, то должно хватить... Поверим старшему товарищу.»
Ручку чуть вправо, пока планер подворачивался, Паша оглянулся на влево на Лешу. Тот видимо был занят решением такой же задачи, летел прямо, «большую птицу», как они смеясь, иногда называли «открытый класс», пока не заметил. Паша взялся за микрофон:
- «Сто шестнадцать»...
Видно было как Лёша повернул голову, увидел сначала Пашин планер, потом ЛАК, уже вырвавшийся вперёд них.
- Понял...
Лешин планер тоже пошёл вправо. Пару минут, и развеивая их сомнения, ЛАК впереди пошёл вверх, сначала медленно, потом резко вверх и вправо - «закрутил». Красиво выгнулись большие крылья, планер на какой то момент действительно стал похож на сказочную птицу. «Во дает!!!!» - удивился Паша, но тут же радостно сообразил: «Раз он закручивает, то там есть поток! Как же вовремя!!!»
Они тоже подошли к тому месту и сходу вошли в набор. На небольшой высоте поток опять был не стабилен, ещё двадцать минут назад они пару таких пролетели, но сейчас и колеблющиеся около метра вариометры радовали. Паша присмотрелся к хвосту ЛАК-а над ними - ух ты, это же «шестерка», планер Мельничука. «Я вас приветствую, Вадим Михайлович! Вот это встреча!!!» - мысленно поздоровался Паша. ЛАК и в потоке был очень красив, с все так же выгнутым крылом, равномерной спиралью ввинчивался обратно на высоту.
«На ЛАК-е хорошо, у него и качество чуть повыше, эти дополнительные пять километров на длинном переходе могут таки что-то значить. И ещё и крыло у него, длиннее и с закрылками, он, хоть и тяжелый, но может в потоке еще уменьшить радиус и выбрать центр... Правда в авиации все как всегда - «нос подняли, хвост увяз», на взлёте-посадке «открытый класс» из-за размеров и массы ещё сложнее «стандартов», поэтому летают на них только опытные спортсмены...»
К восьмистам метрам поток перерос в хороший метр и больше. Паша чуть отвлёкся от созерцания ЛАК-а - рядом с ним Лёша чуть уменьшил крен, вытягивая спираль под южную кромку облака, Паше надо было подстроиться. Тут поток вообще стал под два метра, вот оно, облако, опять ближе и ближе, а земля дальше и дальше.
Когда Паша задрал голову, что бы увидеть планер своего инструктора, то его над ними уже не было. Вадим Михайлович не стал терять время на набор под кромку, пошёл к гряде облаков на западе.
«На соревновательных маршрутах стоять в слабых потоках - потеря времени и скорости!» - вспомнились многочисленные занятия по «тактике парящего полёта». Их им, молодым читали и Донцов и Лагутина, и инструктора многократно твердили на практических маршрутах. Поэтому, и даже не успев сильно огорчиться недавнему «падению» на малую высоту, Паша оглянулся на Лешу, тот уже махал рукой курсом по маршруту.
- Пошли?
- Пошли!

И они полетели дальше. Обидно - только что внизу еле зацепились, а тут на переходе в чистом небе пару раз случайно натыкались на довольно неплохие потоки. Но в них становится не стали, впереди ЛАК Мельничука, надежно указывая им дорогу «махал крыльями». В смысле конечно крыльями он не махал, но было видно, что Вадим Михалыч дошёл до крайнего облака гряды впереди и начал «дельфинить» - лететь по прямой, то резко набирая высоту под облаками, то разгоняясь между ними. При этом крылья его планера заметно изгибались - было явное ощущение, что он ими машет.
«Ну точно, красивая птица!»

Они тоже дошли до крайнего облака, под ним оказался трехметровый поток. Ребята сначала встали тут в спираль - эффект пережитых неприятных минут все таки сказался, и теперь пропускать хороший поток было как-то странно. Но после второй спирали Лёша резко убрал крен и пошёл на запад. За ним, без привычных сомнений, повернул и Паша. «Вперёд, вперед!!!»

Неожиданно ожил эфир, Баранов затеял «дежурную перекличку»:
- «Единица», «Акжару» ответь?!
- На связи, «единица»!
- «Двойка», «Акжару»?
- Летит, «двойка».
В процессе обычных тренировочных полетов стандартный ответ на запрос руководителя полетов «твоя высота и место полёта». Но на соревнованиях правила меняются - тут летают спортсмены поопытней, ещё и не очень желающие открывать своё место, поэтому можно отвечать только летишь ли ты вобще, тем самым давая знать, что у тебя все в порядке.
- «Сто шестьдесят третий»? - Баранов вызвал на связь Коваленко, он то сейчас наверняка был далеко впереди всех остальных.
- В воздухе, «сто шестьдесят три».
- Как там погода в западном направлении?
«Баранову стало скучно у себя на СКП, решил поговорить...»
- Погода впереди хорошая, потоки до пяти метров, кучевая облачность, два балла, до тысячи пятисот метров...
Голос чуть искажали помехи, но все же слышимость была не плохой, Паша даже представил себе, как Игорь Николаевич оглядывается по сторонам, «наблюдая погоду», потом пригибается к микрофону для доклада.
- Вобщем гуманные условия пока, дальше посмотрим...
Кто-то не очень довольным голосом окликнул Сергея Николаевича:
- «Сто шестьдесят три», а вы где находитесь?
- А это кто тут?! Может вам ещё чего рассказать, из личной жизни?!
Голос сменился смешком, но у спросившего желания уточнить не убавилось, скорее всего это был кто-то из опытных Ровенских или Винницких планеристов.
- Ты Коростень прошёл уже?
- Предположим да, а что?
- Я сейчас тут летаю... И что-то тут глухо...
Коваленко как всегда:
- Ну раньше надо было пролетать, там все было...
Паша скосил глаза на карту - ого, вот что значит настоящие чемпионы! Судя по разговору Игорь Николаевич уже прошёл Коростень, значит они за ним в почти ста километрах. Стартовали они с разрывом менее чем в полчаса, летят пока немного больше часа, но лидеры уже сумели вырваться так далеко вперёд. Правда это было тоже то, чему они их честно учили: выбирайте правильную тактику, летите по маршруту вперёд, держите скорость, наборы только в хороших потоках, не бойтесь рискнуть, если есть такая возможность... Кроме всего прочего для этого нужны хорошие нервы и уверенность в своих силах, вот так, да.
После разговора «больших» эфир ожил:
- «Шестьдесят три», «семьдесят четвёртому»?
- Ответил.
- Ты куда пошёл?
- Севернее... Там на юг дыра, мы на Овруч свернули... Тут тоже разрыв, но поменьше вроде...
- Понял.
Паша тоже «понял», развернул на колене карту. Ему услышанное не понравилось: «Если нам заворачивать на Овруч, то это крюк на несколько десятков километров на север! Для планера это будет полчаса, а то и больше... Нет, пока потянем прямо по маршруту, а там посмотрим...». Тем более вперёд, как раз на запад, и почти вдоль железной дороги стояла хорошая кучевочка, под которой они уже начали лететь.

Полет под грядой облаков был действительно прост и даже весел. «Гряда» - это когда кучевая облачность выстраивается в одну линию, и если ее направление совпадает с маршрутом, а потоки достаточно сильные, то случается тот редкий вариант, что на планере можно лететь по прямой и без потери высоты. Тут так и получилось - десяток минут прямолинейного полёта, опять можно посматривать как красиво затормаживается в потоках Лешин планер рядом, вот он кажется зависает на какой-то момент, потому что ты сделал тоже самое и скорости примерно равны. А потом Лешин «Янтарь» хищно опускает нос, и ты тоже за ним, словно катишься с невидимой горки. И под крайним облаком Паша с удовлетворением отметил, что они вошли под гряду на тысяче метров, а выходят на тысяче сто - получилось даже набрать высоту на прямой. Это было лихо! Но вот дальше...
Гряда закончилась, впереди лежала зона немного другой погоды. Тревожным знаком было то, что здесь в небе появилась дымка. Не сильная такая, но после прозрачного воздуха в котором они летели с момента взлёта, то было заметно, что воздух стал белее, а видимость вперёд уменьшилась. И облаков впереди было намного меньше. Первое, после гряды, они увидели быстро, сразу подвернули к нему. Второе, через десяток километров, уже пришлось высматривать. Пришли туда на девятистах метрах, нашли набор, поначалу не большой. Леша, сразу заскучавший в метровом потоке, начал было опять махать рукой вперёд, но Паша окликнул его по связи:
- «Сто шестнадцать», давай наберём! Впереди что-то не очень...
Остались стоять здесь. Опять в спирали, друг напротив друга, ручка, педаль, ниточка. Солнышко на одной стороне разворота бьет в глаза, потом прячется за облако, и так много раз. Но выбрали под кромку тысячу пятьсот метров, можно дальше двигаться. Только вот куда?
На очередной спирали из под самой кромки Паша прибрал крен, дал планеру пролететь вперёд, на западную сторону. Открылась картина: в их общем направлении через десяток километров стояло еще одно облако, дальше за ним, если что-то и было, то далеко. Но другим вариантом были только облака на север и даже немного восточнее - это ж вобще назад получится лететь. «Ладно, двинемся вперёд...»

Пошли... В следующие несколько минут, как это бывает и в жизни, а в авиации особенно, Пашу ждали несколько открытий, которые поменяли его настроение от очень плохого до отличного и обратно, при чем новость хорошая на первый взгляд, иногда приводит далеко не всегда к позитивному выводу. Так вот, почти сразу, как только они вылетели из под прошлого облака, он увидел, что под облаком впереди, что-то блеснуло на солнце. Подлетели чуть ближе - ура, планер. Ещё ближе - ура-ура, несколько планеров! Ещё ближе - ну совсем красота, под облаком кружилось три «Янтаря» и один «ЛАК», и скорее всего опять Мельничук. Паша успел порадоваться, что они его догнали, но потом появился очень неприятный вопрос : «Так это ж не мы его догнали, а Вадим Михайлович почему то не торопится идти вперёд. Почему???»

На тысяче двести метрах вошли в вялый поток, набор метр-полтора. Облако над всеми ними выглядело тоже не очень - видно, что оно появилось недавно, но что-то ему развиться полноценно не дало, оно пожило немного и собралось уже разваливаться. И на фоне дымки вокруг, вспомнив лекции Елены Владимировны по метеорологии, можно было и понять что: атмосфера тут была чем-то придавлена, вроде как недавно большое изменение случилось, а теперь у земли может прогрев и есть, но градиенты температур сменились, энергии для развития потоков не хватает. И вообщем то уже можно было было разглядеть причину этого изменения: далеко впереди, за пустым небом, завешенным только пеленой дымки, плотно белела высоко-кучевая облачность фронта. В очередной раз встал вопрос - что делать? Пока подходили сюда, Паша левой рукой на колене разложил карту, успел определиться: вот под ними железная дорога, большое село на юг от неё, дальше хорошо заметное водохранилище и лес на берегу - они над Малиным. Дальше... Коваленко докладывал, что он за Коростенем, и там нормально, значит облачность фронта проходит где-то там. Сколько у нас до Коростеня? Четыре сантиметра на карте, сорок километров. Для них это как раз потеря тысячи метров высоты. У них сейчас тысяча триста метров, возможно пару сотен ещё получится набрать. Если отсюда пойти прямо на переход, то смогут ли они зацепиться за кучевку у фронта???
Подстраивая свою спираль по Леше и попутно занятый своими мыслями, Паша не следил за полетом планеров над ними. Сейчас, когда поднял голову, то удивился - двух «Янтарей» уже не было. Оглянулся вокруг и получил первый из вариантов ответа на свои вопросы: они уже вышли из потока и парой стали на курс на северо-восток. Назад и в обход.
Они же пока набирали высоту тут, Паша думал-считал дальше: в этом разрыве до фронта судя по всем признакам даже потоков особо не будет. Термики? Судя по уплотнившейся дымке, с этим будет слабо, может у самой земли. А вот перед фронтом может быть зона нисходящих потоков, об этом инструктора им тоже рассказывали. Что у них останется из их запаса высоты???
Через пару минут свой вариант ответа предложил Вадим Михайлович. «ЛАК» в пологой спирали добрался таки до нижней кромки, пару раз даже исчез в серой пелене. Но потом вдруг, таки Мельничук сегодня их не переставал удивлять, вышел и пошёл на запад, прямо через дыру. «Решил рискнуть! Молодец! Ну ему то с качеством под пятьдесят наверное можно. А вот нам что делать???»

Паша оглянулся на оставшийся с ними в потоке «Янтарь», они уже почти догнали его по высоте, теперь стал понятен его номер - «восемьдесят девятый», пилот его такой же молодой, как и они, парнишка из Ровно. Это было не лучшее открытие, сейчас хотелось бы увидеть рядом кого-то поопытней.
Теперь Паша не без грусти заглянул назад, на северо-восток, на понятную и равномерную кучевку там, потом на запад. «ЛАК» Мельничука постепенно превращался в белую черточку, летел спокойно. Нижняя кромка облака уже начинала закрывать им горизонт, видимость по сторонам то появлялась то исчезала. И ещё и фонарь запотел вдруг, не то от влажности, не то от напряжения.
«Решайся, Паш, решайся!»
Но первым неожиданно сорвался «восемьдесят девятый». Он как-то резко завалил крен, сбросив нос вниз, пошёл разгоняться и развернулся все таки на запад, в «дыру». Паша проводил его взглядом, пошёл на следующую широкую спираль.
Через минуту не выдержал Лёха, пока по радио:
- «Сто тринадцать», чего ждём?
- Ждём!!!
Паша представил себе, как сейчас в кабине «Янтаря» номер «восемьдесят девять» ругнулся его пилот. Он то наверняка рассчитывал, что они пойдут все вместе. «Прости, но нам в другую сторону...» буркнул себе Паша слова из какой то песни.
Подождали ещё пару минут, вариометр уже начал клевать в сторону минуса. Все, надо решать, иначе кроме времени они начнут терять и высоту. Паша ещё раз открыл карту, развернул ее в сторону севера. «Да, обход конечно на километров пятьдесят с лишним получится, но наверное это лучше, чем самим почти наверняка полететь на площадку...». Паша сложил насколько это возможно одной рукой в небольшой кабине карту, сунул ее в боковой кармашек, потянулся к микрофону. «Как это все рассказать Леше?»
Но оказалось, что он уже опоздал. Лёша тоже уже все посчитал, сделал свои выводы.
- «Сто тринадцать», пошли!
Лешин «Янтарь» пролетает мимо Паши, пока на малой скорости, потом опускает нос, для разгона. Курсом на запад.
«Лёха, блин, куда?!» Но вобщем Паша тоже разворачивает планер за Лешей. «Хватит - не хватит, посмотрим. Но вместе, так вместе!»

На скорости сто двадцать они плывут по «атермичному району», как это правильно называется в теории. Воздух свистит равномерно, планера летят ровно рядом. «Красиво идём, как на параде!». Делать тут особо нечего, направление полёта понятно, пока запас высоты ещё есть и площадки искать рано, все решится впереди, минут через пятнадцать. Каждая минута - два километра вперёд, но и семьдесят метров вниз. А сверху светит яркое солнце, делая белесую дымку вокруг ещё более ощутимой. И только силуэты белых облаков впереди постоянно притягивают к себе взгляд. «Дойдём - не дойдем???»
Мельничука впереди не видно, он слишком далеко, «Янтарь» «восемьдесят девять» висит в дымке в нескольких километрах впереди, пока тоже прямо.
Тысяча метров на высотомере. Пару раз их шевельнуло слабыми движениями воздуха, но ничего серьёзного. «Держим направление и скорость...» Паша начал все больше поглядывать на землю - как назло пока по обеим сторонам их полёта видно много хороших широких площадок. Но если смотреть вперёд, то там все больше открывается городок Коростень - улицы, кварталы, деревья, рельсы. Так получается, что им надо его пересечь почти по центру. А там ну ни каких свободных пространств на земле...
Спускаясь ниже и понимая, что дальше будет и ещё ниже и ниже, невольно вспомнинается, что высота, которую тебе показывает высотомер - довольно таки условная цифра. Высотомеры на планере работают по давлению воздуха, ноль они выставили у себя на аэродроме пару часов назад. Но во-первых кто точно знает какое давление сейчас в этом районе, а во-вторых, что даже более важное, это только на первый взгляд север Украины выглядит сверху плоским. На самом деле от Киева рельеф на запад начинает постепенно повышаться. И сколько у них будет высоты точно, когда они спустятся ещё ниже, останется угадывать только на глаз. «Пока летишь выше деревьев - высоко, ниже - значит низко...» - пошутил кто-то из опытных спортсменов, когда об этом зашла речь. Хорошая шутка, пока не доходит дело до реального летания на малых высотах.

Семьсот метров. Для начала хорошая новость - радио вдруг ожило, и громко, не без радости в голосе доложился Вадим Михайлович:
- «Шестой», западнее Коростеня два, в наборе, восемьсот!
Доклад не по соревновательному подробный, но видимо Мельничук так и ожидал, что ребята потянутся за ним, решил им подсказать и подбодрить. «Спасибо, Вадим Михалыч! Вы то смогли, а вот как у нас сложится?»
До «западнее Коростеня два километра» им ещё больше десяти километров, и не повезло, потому перелетать город на малой высоте - хуже не придумаешь. Они уже пролетели речку Уж и зелень вокруг неё, под них проплыли входные разъезды. Через них поезд как раз входит на станцию, видно как на платформе впереди зашевелились точечками пассажиры. «На такой высоте, как мы сейчас, хорошо летать в районе своего аэродрома, а мы на город идём. И ох и большой же он, этот Коростень!»
Улицы и рельсы под ними и вокруг. Паша чувствует, как напряжение нарастает, спина мокреет, по ладони на ручке управления покатился пот. Лучше себя отвлечь от нервов и занять мозг чем то полезным: «Так ладно, что мы можем сделать?»
Слева от них, на южной окраине видно достаточно большое поле, если что, то туда они пока успевают уйти. В хороших условиях может быть и можно было позаглядывать на домики под ними, но сейчас Пашу интересуют виды города только с точки зрения «поддержит - не поддержит». Они идут как раз на центр станции, там вокзал с крышей и платформы, они нагреты солнцем... Паша находит взглядом где-то в городе дым, он поднимается с небольшим наклоном вправо. Значит и нам надо пройти вокзал чуть правее, там может поддержать. Ручку чуть в сторону, планер пошёл. Рядом Лёша, тоже подвернул, хоть тут они друг друга поняли сразу.

Пока Паша был занят их проблемами, то он перестал следить за полетом «восемьдесят девятого». Теперь же он глянул вперёд - нету его там! Начал искать по сторонам, нашёл, как оказалось, у него дела пошли не важно. Судя по тому, где он был сейчас, он чуть раньше решил не рисковать, летя прямо через город, а подвернул, что бы обойти его южнее. Даже этот, небольшой казалось бы обход, привёл к лишним нескольким километрам расстояния, которое надо пролететь. А это ещё потеря высоты. Ребята, за время его обхода, почти догнавшие его, наблюдали за результатом этой ошибки сбоку-сверху. Их то самих в этот момент таки немного поддержал прогретый воздух от города, а к несчастью «восемьдесят девятого» как раз южнее Коростеня, из задней части фронтальных облаков пошёл дождь. Пока так, даже не дождь, а лишь легенькая вуалька, почти прозрачно спускающаяся от облаков до земли. Но этого было достаточно, что бы создать поток опускающегося холодного воздуха, «нисходящий», и в его влиянии то «восемьдесят девятый» и оказался. Ребята видели, как он летел, хоть и ниже их, но ровно и прямо. А потом вдруг планер начал снижаться заметно быстрее. Он дернулся, отвернул влево, в их сторону, но терял высоту он слишком быстро, да и мало ее было, крыши домов показались под ним совсем близко. Прошёл немного ещё вперёд, понял что не перелетает, резко развернулся назад. Тут же за хвостом появился след сливаемой воды.
- «Восемьдесят девять», сажусь на площадку южнее Коростеня...
- Удачи!
Голос у парня был напряженный, на Лёхино пожелание он не ответил. Было видно, как на малой высоте планер вышел на поле, развернулся практически над ним, и сразу сел. Через пару минуту доклад:
- Передайте «Акжару», «восемьдесят девятый» посадку произвёл, нормально все. Буду осматривать площадку...
Лёша опять отозвался:
- Восемь девять, не переживай, сообщим!
- А, это ты, «сто шестнадцать»?! Ты подходи, сейчас тоже тут будешь...

«У нас самих, и правда, ситуация не намного лучше...» Станцию пролетели таки, но и поддержавший их «почти ноль» уже закончился, вариометры опять пошли вниз. В спокойном воздухе планер снижается чуть больше чем полметра в секунду, но тут воздух уже был неспокойным, планера начало покачивать болтанка. Паша посмотрел на вариометр и сердце дрогнуло - стрелка уже ниже минус метра - «нисходняк»! Выглянул вперёд, за приборную доску - под ними и город наконец заканчивался, но впереди пока были рельсы, потом опять район домиков с деревьями, потом ещё одна петля железной дороги, потом лесополоса, и только потом вроде ровная площадка. Пока они до неё вроде как долетали, если... «Черт, болтает, а вариометры уже больше минус двух». Лешин планер немного наклонился вперёд, начал постепенно разгоняться. «В принципе правильно, нисходяки лучше проходить на скорости, получается меньше времени в них проводишь, и меньше высоты теряешь, но сейчас разгоняться... куда?! Если отдать ручку от себя, то через минуту вон уже можно въехать вон в те деревья...Прилетели, блин!!!»

Деревья под ними, деревья! Они становятся уже ощутимо больше. Озерцо серебриться тоже совсем близко. И впереди опять, как назло рельсы и столбы вдоль них. А поле только за ними. Хорошо, что скорость разогнали под сто сорок, может получится через них перепрыгнуть... Там конечно не ровно, ветер боковой, как бы шасси на всём этом не сломать. И ещё и эта дурацкая болтанка треплет планер на малой высоте, ручку приходится держать напряжённо.
Высотомер триста метров, они подлетели поближе, и стали открываться остальные прелести площадки впереди: неровная, кусты, дорога через неё. Хотя похоже дорога - это как раз самое ровное, что там есть, на неё прийдется моститься. На тяжелом планере туда втулиться - может шасси вобще не выпускать? Воду пора сливать!
- Леш, воду!
Белый след за Лешиным планером появился, значит тоже понимает, как они попали. «Посадка на тяжелом планере, да ещё на неровную площадку - хруст костей по металу...» Паша чуть потянул ручку на себя, приотставая, что бы не мешать друг другу на посадке. Взгляд теперь был прикован к полю впереди него. «Деревья вроде перелетаем... Черт, выпускать шасси или нет?!!!»
И где-то бесконечно высоко вверху над ними потемнело небо, не было там уже солнца...
Планер вдруг сильно толкнуло порывом ветра, Паша даже ручку отдал от себя, на малой высоте скорость - это жизнь. Скосил глаз на вариометр - «о, нолик, родной, на двухстах метрах, ну хоть над деревьями поддержит». А они были уже заметно высокими, всего в несколько высот полёта планера.
Еще раз тряхнуло, хорошо под Лешиным планером уже быстро пронеслись крайние рельсы и столбы, деревья и... Паша вдруг понял, что что-то случилось. Что?! Они летят не снижаясь! Скорость разогнали, трясёт, но они летят горизонтально, высоту не теряют. Лёша впереди начал с малым креном разворот. «Постоять в нолике на двухстах метрах над площадкой? Ну а почему нет? Хоть воду всю успеем слить. И площадку внимательней осмотреть. Болтает только тут, скорость нельзя терять!»
Паша тоже закручивает широкую спираль, все главное внимание обращено вниз, на площадку. Им здесь предстоит садиться, а потом ещё желательно и взлетать, поэтому место хочется выбрать получше. Восточная часть площадки в кустах и темно-зеленной траве, это не очень хорошо. Короткий взгляд на приборы: скорость нормальная, вариометр чуть выше нуля. Значит можно вытянуть вторую спираль на запад, там вроде ровнее и трава посветлее. Толкнуло планер опять, видимо ветер поднялся, надо понять откуда дует...
Паша оглянулся, сердце совсем замерло, Леши не видно рядом. Куда делся?! Паша крутнул головой встороны- вниз - нет его! Взгляд скользнул вверх... «Янтарь» с красными цифрами 116 на киле уже прошёл вперёд над площадкой, и при этом почему-то оказался ещё и гораздо выше. Вот он сильне наклоняет крыло, становясь в спираль, белым силуэтом оборачивается к Паше. И уходит в набор, туда, к серому низу облаков над ними. Водяной след, чертивший его траекторию, почти сразу обрывается. Паша подтягивает спираль за ним. «Есть набор! Живем!!!»
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 3 comments