?

Log in

No account? Create an account

Previous Entry | Next Entry

Белые крылья. Часть 1.



- Лена, привет! - Пашка догнал ее, уравнивая шаг и дыхание после гонки по длинным лестницам корпуса университета и потом вокруг него. Он увидел Лену из окна аудитории и сбежал прямо с середины зачета.
- Здравствуй, Павел! - Лена улыбнулась, но не более. Пошли рядом. Паша мучительно старался придумать что-то более умное, но получилось только банальное:
- Как дела?
- Нормально.
Лена была немногословна. А Паше говорить хотелось, очень надо было поговорить.
- Я сегодня зачет сдавал...
- А я сессию закрыла! - опять коротко ответила Лена.
- Ух ты, поздравляю! - конечно же радостно ответил Паша. Хотя на самом деле расстроился - для него это значило, что она сегодня в институте крайний раз перед летними каникулами. А они уже почти дошли до остановки ее автобуса и дальше...
- Лен, можно я провожу тебя сегодня? Погода такая...
- Паш, мы уже об этом говорили. Нет и нет! И погода сегодня не очень. Жара...
Жарко было действительно, тень от редких тополей по улице едва ли прикрывала от солнца, асфальт и кирпич домов вокруг тоже дышали теплом, как и весь город, раскалившийся в эти дни от солнца. От грустных мыслей и этого солнца Паше в первую очередь хотелось надеть свою лётную шапочку от солнца, белый подшлемник - это была бы еще та картинка для непонимающих. И еще хотелось говорить с Леной, и в который раз попробовать ей объяснить, что она ему нужна. Но в который раз Паша уже и знал ответ. Расстроившись, он чуть не начал ей длинное объяснение об антициклоне, стоящем уже который день над всей Украиной, сухой воздух, сильный прогрев, и из-за этого стабильность атмосферы повысилась и даже инверсии воздуха образовались, но по прогнозу холодный фронт завтра-послезавтра должен изменить эти атмосферные условия, - вообщем то, чему его уже несколько лет учила авиационная метеорология. Но остановил себя, что Лене это будет едва ли интересно.
- На днях похолодание прийдет... - резюмировал он свои знания.
- Может быть...
- А у нас на аэродроме чемпионат Украины. - Попытался он повернуть разговор на что-то более ему знакомое и простое.
- Ты участвуешь?
- Летаю.
- Желаю победить! - Лена еще раз улыбнулась, показав свои замечательные ямочки на щеках, но не на долго.

"В мире есть две совершенные вещи - реактивный истребитель и девчонки. Все остальное - неказистая механика..." - Серега, Пашкин однокурсник, произносил эту фразу или с важным придыханием, глядя в след самым выдающимся красавицам, или лениво, на аэродроме, когда они лежали под крылом еще остывавшего от полета Як-52, а над ними "крутил пилотаж", тренируясь к "показухе" Су-27. Он вообще всем своим видом показывал осведомленность в этих вопросах. Пашка к нему хорошо относился и не спорил. Тем более на Лену он действительно смотрел, как на чудо.

Они вышли на остановку и как назло из-за угла вкатился ее автобус. Лена шагнула вперед, оглянулась на Пашу:
- Все, пока!
- До свиданья, Лен. Я буду скучать!
- Зачем, Паш?!
Лена шагнула к дверям, чья-то спина заслонила ее от Паши, потом желтые двери "Икаруса" закрылись и автобус тронулся...

Через несколько часов он уже подходил по полевой дороге к хутору аэродрома. Солнце только зашло где-то за спиной, но небо было еще светлым, и тихий вечер по летнему медленно садился на окрестные поля и села. Здесь, далеко от городского асфальта, было прохладней, воздух пах свежей травой, клевером и липой. Где-то на соседнем лугу мычала корова. В природе был полный покой и хотелось так же спокойно идти далеко и долго.
"Зачем?" - Паша уже много раз думал об этом "зачем". Получалось слов много, но ни чего внятного. Или наоборот слишком коротко.
"- Ты мне нужна!" "-Зачем???"
Ну ведь очень то странный вопрос. Ну ведь может один человек быть нужен другому не зачем то, а просто нужен. Почему так сложно бывает все между людьми?

Паша задумавшись, споткнулся, остановился. Темнело. Впереди, в небольшой рощице терялись аэродромные домики, только окошки приветливо светились и ангар отсвечивал алюминиевыми скатами. Все это было очень знакомо и дорого - вот уже пять лет аэродром «Бузовая» была его вторым домом.
Он подходил со стороны стоянки "Вильг". Все самолеты были зашвартованы и зачехлены, лишь один стоял с открытыми капотами мотора. Тут стучало железо и ругались техники. Владимир Петрович, старший, стоял на стремянке навалившись на движок сверху, голова и руки по плечи "в моторе", второй техник, Саша Давиденко, чего-то поддавливал снизу. Рядом стоял "добровольно назначенный" помошник из "молодых" - Володя, держал в руках гаечные ключи. Петрович сверху командовал:
- Саня, нажми еще чуть... Еще! Не вижу... Вовчик, не стой, помоги ему... Еще!!! Вот, попал... Вова, ключ "десятку"! ... Все, поймал.
Деталь встала на место, можно выдохнуть. Они разом разогнулись, увидели подходящего Пашу. Давиденко конечно за словами в карман не лез:
- О, Паша, а ты где шляешся?! Мы тут, блин, уже заколебались трудовые подвиги совершать.
- Саш, сейчас переоденусь, прийду.
- Понятно, то есть летчики у нас чистые, а мы конечно маслопузые, можем и так...
Петрович спустился со стремянки, обтер промасленную ладонь тряпкой, пожал Паше руку.
- Привет, Паш!
- Приветствую, Петрович! Вам же командир вроде на сегодня выходной давал?
- Да какой тут выходной? Командир то выходной дал, так видишь, "четверка" не дала.
Пару дней назад после предполетных указаний все звено наблюдало эмоциональную беседу между командиром звена Степняком и бригадиром техников Петровичем на тему "мы ж не можем месяц без выходных работать..." И выходной был дан на сегодня. Но вчера, в конце полетов, пилот-буксировщик доложил что движок на "четверке" "чихает" на малых оборотах...
- Так нашли чего?
- Да, нашли, а как же еще? Думали свеча или клапан, а оказалось проводка к свечам протерлась, пришлось менять на двух горшках.
- Я сейчас переоденусь, прийду помогать?
- Да ладно, Паш, иди отдыхай, вам летать завтра. Да и мы на сегодня уже заканчивать это грязное дело будем - выходной же или нет у меня?
Опять вступился Саша:
- Хорошо мы с тобой выходные проводим, Петрович, по уши в масле!
Повернулся к Паше:
- Так, ты не думай, что зашланговал! Завтра после полетов соберешь молодых и приходи, отмоете мне "четверку" и "семерку". Что-бы блестели, как у кота в марте... Ну ты знаешь!
- Саш, вылижем, как на парад.
- Вот, это уже разговор!
"Молодой" стоял рядом молча, только улыбался устало. В принципе "подмогнуть на матчасти" было не самым плохим занятием на аэродроме, иначе все равно "припашут" на каких-то многочисленных аэродромно-хозяйственных работах. Паша и сам с удовольствием возился вокруг "Вильг", тем более что на них понемногу удавалось и полетать. Но иногда в дни "авралов на матчасти" тут приходилось таки тяжело.

Со стоянки Паша пошел по аэродромному лагерю дальше. Из кафешки, по странному совпадению еще и именуемой "баром", доносились взрывы хохота, там на завтра народ "ломал" погоду, слышались знакомые голоса.
На скамейках перед баром тоже было многолюдно, светились в темноте огоньки сигарет.
- О, привет, Паш!
- Героям-воздухоширятелям слава!
У Ровенской команды закончился разбор прошлых дней, ребята выходили взбудораженные и веселые. Паша, стараясь не привлечь лишнего внимания, ответил взаимно: - Навеки слава!
Но пошел дальше к своему домику, оставаться в шумной компании сейчас совсем не хотелось. "Завалюсь спать..."
На дорожке через лагерь встретил еще пару человек, поздоровались, перекинулись парой фраз о вчерашнем маршруте - "Ну как мы вчера дали?! - Можете конечно! - Могем!"
Паша дошел до домика, уже открывал дверь, когда из темноты его окликнули:
- Я вас приветствую, сто тринадцатый!
Вот это было совсем другое, то что сейчас нужно. "Сто шестнадцатый", он же Лешка, лидер их пары на полетах. И просто друг. Паша поставил на порог сумку и наверное впервые за день улыбнулся, просто от того, что захотелось улыбнуться.
Над крыльцом тускло светила лампочка, Леша в комбезе на голое тело и с полотенцем через плечо появлялся из темноты, как фотография в проявителе. Наконец появился весь, пихнул кулаком в плечо. От комбеза пахнуло бензином и потом - запахами нормальной мужской работы.
- Здравствуй, Лешка!
Они сидели в школе за одной партой класса с четвертого. Потом было много разного, были новые друзья и люди вокруг, но это они приходили и уходили, а тут вместе.
- Привет-привет!
Они зашли в домик, Лёша на пороге довольно потянулся, от полотенца пахло распаренной березой. На аэродроме в выходной день времени зря не теряли.
- Банька классная... Ну что, рассказывай?!
Пока Леша перед зеркалом приглаживал топорщившиеся волосы, Пашка выкладывал из сумки пакеты.
- Тебе привет от мамы! Она просила, что бы ты был осторожней и ...
- ... Хорошо кушал.
- Именно! Вот тут все для этого.
Пашка замолчал. Леша посмотрел на него, кажется все понял, даже при тусклом свете лампы. Хотя начал из далека:
- Ну и как там институт?
- Да на месте наш университет...
Паша вдруг расстроился еще больше - он вдруг еще раз понял, что на пересдаче, к которой так долго готовился, он так ни чего не сделал.
- Вообщем все, теперь в сентябре буду сдавать.
- Как говорит твой инструктор ну ти даешь? Чем же ты там целый день занимался?
- А-а-а, - махнул Паша, - Да так...
Тоска росла, как растет грозовое облако в небе - незаметно, но неудержимо.
Леша подешел, уселся на койку рядом.
- Опять встречал ее?
Пашка прикрыл глаза, кивнул. "Экипаж - это когда друг друга понимают с полуслова..."

Над аэродромом не мигая висели крупные июльские звезды. Им было все равно, что происходит на планете Земля. И Земля тоже плыла между звезд в полном покое. Людям же труднее, у них ну ни как не получается "все равно".
Паша с Лешей сидели на берегу небольшого полевого озерца. В траве по летнему громко распелись цикады, луна отражаясь в воде плыла и сверху и внизу.
- Леш, она нормальная девчонка, красивая и умная. Она это знает...
- Знает... - Леша передразнил Пашу. - Они все только это и знают, что они "красивые и умные..." Строит она тебя, как ... инструктор первогодника. Паш, бы уже не выдержал!
Паша вспомнил ее улыбку, сам улыбнулся.
- Так то ты, а это я... И она. Ладно, - он резко поднялся. - Пока забыли. Завтра летаем!

"Летная работа, даже в самых простых условиях, может потребовать от пилота всех его знаний и сил. Попрошу не забывать об этом..."
Такими словами однажды задумчиво закончил предполётные указания командир звена Степняк. Он вообще умеет говорить и шутить одинаково серьезно. Все присутствующие на предполётных переглянулись, промолчали, а уже потом посмеялись. По небу уже плыли маленькие аккуратненькие облачка - "вспышечки", день обещал быть хорошим и они шли к своим планерам счастливые.
Тысяча пятьсот метров. Ручку на себя, планер завибрировал на малой скорости. Ручку на себя, педаль до упора... В-в-вух! Штопор. Земля встала вертикально, вращаются перед тобой леса и поля, испуганно вспыхивают яркими бликами озера. Виток, пора выводить. А если сделать два?! Еще держу. Все провернулось еще чуть быстрее, вот уже ориентир - желтая дорога внизу, вывод! Ручку нейтрально, ногу против вращения... Вот черт! планер вдруг заревел потоком воздуха, скользнул на крыло, резко провернулся в другую сторону, задрожал опять. Не-й-траль-но ру-ч-ку!!! Двумя руками нейтрально ее зажать. Прекратилось вращение... Вывожу... Перегрузкой прижимает к парашюту, горизонт уплывает вниз, вернулись на место облака. Мгновение жизни...
И земля внизу стала опять такой далекой и послушной, не спеша уходит под размахнувшиеся серебристые крылья "Бланика". Как же здорово летать и жить!
Счастье - это когда утром ты едешь в институт, там встретишь Лену, она смеется солнцу и голубому небу. А у тебя во вторую смену полеты, и в сумке среди конспектов лежит полётная карта, в которой вложены маленькие полевые ромашки со вчерашней "площадки"...

Паша не спал, лежал, думал. За окном в темноте по лагерю время от времени кто-то шумно передвигался, где-то бренчала гитара.
- Вот черт, это я к ангару вышел?
- Нет, баня. Ангар в другую сторону.
- Полная потеря ориентировки...
К соревнованиям на аэродроме было много гостей, лагерь гудел. Немцы, уже почти освоившиеся здесь, общались, смешивая все языки в кучу:
- Завтра ми летим Житомир?
- Да, в ту сторону.
- Май гросфатер, диед, бил пайлот-лювтвафен. Там сбит "ла-фюнф". Ты понимаешь нас?
- Да, Людвиг, понимаю! Мой дед тоже где-то под Минском остался. Пошли в бар, посидим за мир...
- За мирь! - отвечает ему гортанный немецкий. Дети, чьи отцы и деды смотрели друг на друга через прицелы, сами теперь переросли их, навсегда молодых, и теперь к счастью встречаются в мирном небе, крылом к крылу. И вся борьба - только спорт.
Паша посмотрел на часы, стрелки чуть светились в темноте, чуть слышно бежали секунды.
"Тик..."
Секундой меньше до встречи с Леной.
"Тик-тик-тик..."

И приснилась Паше опять Лена. Она шла по институтскому коридору. Через окна пробивались лучи света, между ними тень, и от этого свет казался материальным. Лена пересекала эти линии света, подходила ближе, улыбалась. Паша пошёл на встречу, увидел ее совсем рядом. Но потом вдруг за Леной, в дальнем углу коридора мелькнула знакомая спина, красная куртка, стрижка ежиком.
- Серег!
Серега обернулся, махнул рукой и пошёл дальше. Один. Паша рванулся к нему через световые столбы, но они вдруг стали стеклом и не пустили его.
- Серега!
Паша рвался из тени к свету, к Сереге. Напрягся, ещё раз.
- Серега!!!
От этого и проснулся...

Этот мир был наполнен птичьими голосами. Солнце ещё только недавно взошло, и вся пернатая шумная братия проснулась в аэродромная роще, посреди умытых росой полей. Пели-чирикали, что-то приветствуя, требуя и выясняя. Легонько барабанили птичьи лапки по крыше домика. Пашка зевнул, повернул голову. На соседней кровати, накрывшись старой лётной курткой, спал Лёша. В углу окна, над занавеской, через зелень листьев ярко синело небо.
Где-то на лугу за Бузовой протяжно замычала корова, чуть слышались петухи. На яблоневой ветке перед окном несносно громко поздравляли друг друга с новым днём воробьи. Один из них, сидевший чуть выше, вдруг чирикнул громче, остальные замолчали. Потом тонко чирикнул кто-то из нижних, и опять громко верхний.
"Предполётные указания..." - улыбнулся Паша. Солнечный луч, пробившись из-за листьев, зацепил висевшую над кроватью карту района полётов, осветив в верхней части леса за Овручем.
"Все, пора..." - Паша попробовал подняться, но как сам себе признал, "оказался слаб перед земным притяжением и тёплым одеялом". Лежал, смотрел, как расширяется светлое пятно на карте. Солнечный свет уже преодолел линию железной дороги, приближаясь к Коростеню. "Вот сейчас дойдёт до Коростеня, и все, точно подъем!" Он прикрыл глаза, полежал, как показалось ему ещё совсем не долго. Приоткрыл один глаз - Коростень ещё в тени. Полежал ещё не долго, опять глянул - все ещё тень. Потянулся, открыл оба глаза. Оказалось солнце уже дошло до Новоград-Волынского на середине карты. Просто напротив Коростеня за окном висела яблоневая ветвь, бросая на карту тень. Лучи искрились радугой в каплях росы на листьях. Передполетные у воробьев видимо тоже закончились и теперь они разлетелись в поисках завтрака.
Паша рывком отбросил одеяло, вскочил, махнул в стороны руками, отгоняя остатки сна. В плечах прокатилась приятная тяжесть накачавшихся за аэродромное лето мышц. День начинался хорошо, напряжение со вчера ушло в странный сон. А впереди опять полеты!
На секунду вспомнилась вчерашняя улыбка Лены, Паша подставив солнцу лицо, ещё не на долго замер, сам улыбнулся.
- Ле-на... - тихо повторил, словно мог поздороваться с ней рядом. Потом, стараясь не потерять это чувство тепла, начал натягивать штаны хэбэшки.
Лёша на соседней кровати заворочался, пытаясь укрыться ещё на пару минут под куртку, но спал так хорошо, что Паше не захотелось его будить. Накинул на него своё одеяло и вышел из домика.

Если в домике красота аэродромного утра стучалась к ним через окно, то тут с порога он в неё шагнул. Свежесть утреннего воздуха, зелень, синь и солнце, пение птиц. Паша на момент остановился, вдыхая и осязая все это. Но долго придаваться лирике не сложилось, по тропинке мимо шёл от умывальника Игорь Николаевич Коваленко, инструктор Лешиного экипажа. Полотенце через плечо, капельки воды на усах.
- Привет, орлы! Проснулись? А умываться?!
- Так иду уже, Игорь Николаевич!
- Давай...
Возле рукомойника как раз плескались ребята из Винницкого аэроклуба. Младший подставлял голову под струю холодной воды из трубы, стоял под ней какое-то время, потом разгибался, явно стараясь сфокусироваться на творящемся вокруг. Но это не сильно получалось, поэтому процедура повторялась. Старший стоял рядом с сочувствующим видом. Видимо погоду вчера "ломали" не только чаем.
- Привет, Вини!
- Здорово, Паш! Мы там вчера погоду поломали немного...
- Результат на лице.
- На фейсе, точно. - Младьший наконец разогнулся, посмотрел на Пашу с осмысленным видом. - Там карту погоды только приняли, холодный фронт подходит, погода будет.
- Ну так значит не зря вчера костьми ложились!
- А ты думал!
Едва Паша отошёл от умывальника, как опять встретил Коваленко. Он уже тоже сходил к штабу, возвращался в рабочем настроении:
- Не спим, орлы! Погоду видишь?! Буди Лешу, сегодня длинные маршруты дадут, готовьтесь!
- Всегда готовы, Игорь Николаевич! - Отшутился Паша. Но не выдержал и таки спросил: - Пятьсот?!
- Очень может быть. Готовьтесь!

Comments

( 4 comments — Leave a comment )
tervv
Nov. 5th, 2018 01:48 pm (UTC)
“крайний раз перед летними каникулами. ” - это зашквар. Дальше читать не смог.
flying_elk
Nov. 5th, 2018 02:31 pm (UTC)
Ещё раз: идея, стиль и большая часть текста оригинала сохранены. Рассказывать о той жизни сегодняшними мыслями и словами я не вижу смысла...
kunpilotua
Nov. 11th, 2018 10:20 am (UTC)
На мой взгляд мило и интересно
ochimezzz
Dec. 26th, 2018 12:17 pm (UTC)
Спасибо!
С удовольствием читаю ваши истории!

Edited at 2018-12-26 12:18 pm (UTC)
( 4 comments — Leave a comment )

Profile

flying_elk
flying_elk

Latest Month

January 2019
S M T W T F S
  12345
6789101112
13141516171819
20212223242526
2728293031  

Tags

Powered by LiveJournal.com
Designed by yoksel